Об игроке Карма Статистика Персонажи (35) Галерея Достижения (4) Сны

Хару Ито


Локация, где находится персонаж -

Имя:Хару Ито
Возраст:20
Внешность:Рост 178 см, Красные мягкие волосы, слегка растрепанные и непослушные. Серые светлые глаза. Стройное гибкое тело, благодаря занятиям большим теннисом и плаванью. Гладкая, светлая кожа.
Дополнительная информация о персонаже:???
Подпись:???
Владелец: Персонаж принадлежит NEKO
Статус: персонажу разрешено публиковать посты

Игровые Посты

Локации, где был персонаж

  Dice are cast  
яой - Хару Ито

Возраст: 20

19:00-20:00/ Токио, Сибуя/ Пентхауз/ Начало августа

Прерывистое дыхание, резкие и судорожные вздохи, душащие слезы и жаркие поцелуи мужчины. Нежные, горячие, покрывающие истерзанные губы Хару. Горькая действительность, которая возвращала на землю, заставляя жалеть себя. Невыносимое чувство стыда и отчаяния накрывало с головой и если бы не ласковые, нежные прикосновения, мальчишка, должно быть, умер от стыда. Если бы он сейчас стоял на краю крыши, то сделал бы, последний шаг в пустоту не задумываясь. Будто у пропасти, парень цеплялся за  объятия Атома, чьи руки удерживали от падения. Те руки, которые, только что, терзали тело Хару, причиняли боль, но и дарили наслаждение. Рыдающий мальчишка, не мог себя простить и простить мужчину, не мог оттолкнуть его. Он хотел целовать и быть поцелованным, хотел принимать объятия и отдаться своему бушующему гневу. Такие противоречивые и по звериному сильные эмоции. Как утихомирить их он не знал, не мог совладать с собой. Только ласка нежных и мягких пальцев, проводящих по израненным ягодицам, вызывая содрогание тела, скользящих по спине и возвращающих к реальности, успокаивала, заживляла рану, которую только что причинил их обладатель. Постепенно, тело перестало трясти, и на смену бушующим эмоциям приходило успокоение. Конечно, даже если бы Хириката захотел, он не смог бы вернуть время вспять, но он делал именно то, чего желал мальчик. Он не бросил его одного, грызть самого себя, разъедать душу жалостью к себе, он остался с ним. И сейчас, крепко прижимал к себе, как будто сокровище, которое не бросит и никому не отдаст.

До слуха, немного пришедшего в себя Хару, донесся звонок, звук которого он уже знал.

- Прибыл Кен Шоичи-сан.

Как и прошлый раз, механический голос Дэйзи назвал имя того, кто купил Ито на аукционе. Однако Атом не торопился бросать его, лишь крепче сжимал в своих руках, перебирая мокрые волосы. Дейзи не унималась. Она снова повторила свое сообщение, и раздражающий слух звонок повторялся снова и снова, пока мужчина не отпустил мальчишку. Выйдя в ванну и накинув на себя халат, он вышел, тихонько прикрывая дверь. А Хару, изнеможденный, израненный и растерянный, оставшись один, так и лежал на кровати, не в силах подняться. Он прислушивался к своим ощущением. Тело болело, ныло, внутри все горело огнем, а попытка сесть вызвала нестерпимую боль, заставляя снова лечь на живот и потянуть тонкое покрывало, прикрывая исцарапанные бедра. Приглушенный стук сердца, и спокойное размеренное дыхание, приводили в чувства, успокаивался пульс. Перед глазами все расплывалось, немного покачиваясь, слегка кружилась голова, как от недостатка кислорода. Серые глаза пристально всматривались в дверь, за которой, только что скрылся Атом. Течение времени замедлилось, сколько прошло? Минута, час или день? Шум дождя и тиканье настенных часов эхом отзывались в голове.

Неожиданно дверь распахнулась, и вошел мужчина. Судя по всему, это был Кен Шиочи. Двигаясь медленно и плавно, словно лев, подбирающийся к своей жертве,  он направился к мальчику, огибая кровать. Не сводя с того пристального похотливого взгляда и не стирая с лица сальную улыбочку.

- Ого! Да у нас тут готовенький продукт! Как ты его, однако, измотал!

Хару приподнялся на дрожащих руках, подгибая под себя ноги, и присел на бедро, сидеть он мог только боком, хотя и это вызывало неприятные ощущения. Подтягивая одеяло и стараясь прикрыть уже остывающее тело, он испуганно смотрел на вошедшего. Мужчина был более чем нетрезв, откровенно говоря, еле держался на ногах, но все ближе подбирался к кровати. Когда он сделал очередной шаг в сторону Ито, тот буквально отпрыгнул в сторону, от чего почувствовал пронзающую боль в низу и зашипел. Вошедший следом Атом, казалось, был зол. Это читалось по его слегка поджатым губам и напряженным скулам, хотя многие и не заметили бы таких мелочей.

- Отойди.

Испуганный взгляд мальчишки тут же переметнулся на Хирикату.

- Слушай, а давай вдвоем его, а? Теперь-то я понимаю, почему ты его захотел. Такое тело пропускать мимо рук нельзя. Ну так что, Атом? Как насчет тройничка?

Тело Хару снова пробила дрожь. «Неужели он согласится?» Серые глаза заволокло новой пеленой навернувшихся слез. Страх сковал по рукам и ногам, и лишь он удержал от того, чтобы протянуть руку к своему хозяину и схватиться. Взгляд, полный надежды и мольбы устремился на него. Как только Атом шелохнулся, Ито моргнул от испуга и дернулся, но тот не принял предложения.

- Ты его и пальцем не тронешь, ясно?  И думать даже не смей.

- Что? Он же шлюха, для того и был продан. Все просто...

Такое быстрое движение руки, неожиданное и поставленный удар. Хириката врезал своему другу, как показалось парню, не задумываясь. С нескрываемым раздражением и злобой, он вытолкал его из комнаты, оставляя перепуганного Хару одного.

- Из-за какой-то шлюхи?..

Из-за прикрытой двери доносился голос пьяного мужчины.

- Шлюха здесь ты. Или забыл? Уходи по-хорошему. Пока я еще в настроении тебя отпустить целым и лишь малость покалеченным.

Шиочи еще что-то кричал, слышались звуки потасовки и совсем скоро все стихло. Хару попытался встать, но у него не получилось. Он не мог представить, что теперь делать, как добраться до ванной и смыть с себя весь этот стыд и позор. Взглянул на перепачканную спермой постель, от чего почувствовал себя еще более грязным и мерзким. Когда же дверь вновь отворилась, в проеме показался Атом, со стаканом воды. Совсем другой, не тот, что только, что выталкивал Кена. И как у него получалось так разительно меняться, словно два разных человека. Мягки и красивые черты лица, взгляд серых глаз, напоминающих своим цветом вечерний туман и нежность, с которой он смотрел.

- Прости.

Протянув стакан воды, Хириката извинялся, и было за что. Возможно, он только что сломал мальчишке жизнь. Так думал Хару, но не ненавидел его, он даже был благодарен своему пленителю, за то, что он не дал воплотиться желанию Кена, но обида и боль, пронизывающие до самых костей не давали забыть и того, что он сделал с ним. Парень поднял руку и замахнулся для пощечины, но что-то его останавливало. Замерев на мгновение, с занесенной рукой, он медлил, затем и вовсе опустил ее и взял стакан. Выпив все до последней капли, он протянул его обратно Атому.

- Я хочу вымыться, - глаза опустились, а лицо покраснело. – Сам не могу дойти, может мне кто-нибудь помочь?
  Dice are cast  
яой - Кубик Судьбы

Судьбе было угодно распорядиться так, что физические усилия Атом Хириката  имели успех, а все, что кроме - потерпели неудачу
* предсказание распространяется минимум на один пост. переиграть его нельзя!
  Dice are cast  
яой - Атом Хириката

Возраст: 30

20:00-21:00/ Токио, Сибуя/ Пентхауз/ Начало августа

Замашки у букашки как у взрослой буки... На занесенную руку Атом смотрел с абсолютным безразличием. Даже если бы Хару не остановился, он бы все равно перехватил его руку (рефлексы, все-таки, вещь не шуточная), тем самым бы пресек получение леща. Или же нет? Или бы просто ничего не сделал и спокойно бы принял заслуженную оплеуху? Кто знает, чего он хотел... Мужчина сам порой не понимал своих желаний.

Стакан он буквально всучил мальчишке в руки и пока тот пил, изучал его тело. Хару был перепачкан в собственной сперме, кожа блестела от пота, на коленях она покраснела - уже проявились синяки и кровоподтеки. Лишь стоило Атому взглянуть на них, как горло сдавила неприятная горечь и глаза защипало. Не этого он хотел. Пусть и знал о последствиях.

Взгляд от колен юноши он оторвал лишь тогда, когда что-то мелькнуло сбоку. Он уперся в протянутый опустошенный стакан. Атом несколько потупился, а потом сообразил забрать и поставить его на тумбу. На краю виднелись отпечатки губ с бледным кровавым следом.

- Я хочу вымыться, - тихий голос Хару отвлек его от созерцания стакана. – Сам не могу дойти, может мне кто-нибудь помочь?

Тихий вздох. Атом повернулся к нему, залитому краской, понурившемуся, с глазами, полными блеска смущения. Даже сейчас Хару продолжал жаться и вжиматься в постель. Будто жертва на инстинкте перед хищником.

Ладонь Атома накрыла его, ту, что только что чуть было не залепила ему пощечину, и сжала крепко, до побеления костяшек. Взгляд, направленный им на юношу, был тверд.

- В следующий раз решив ударить - ударь, - сухо напутствовал он. - Слабые ни дня не проживут в мире за пределами привычной зоны комфорта.

Закончив свою речь, он еще немного побуравил юношу твердым взглядом, а после ослабил хватку и мягко погладил ладонь пальцами. Тут он и поймал себя на том, что в его голову адреналин ударил быстро и верно, а отпустив, оставил лишь легкость. И эта легкость отразилась в его взгляде. Переменчивость Атома - вещь, нажитая годами борьбы за свое место в том самом мире, о котором он сейчас говорил.

Вряд ли юноша способен на насилие. Вся его суть мягка и нежна, как у девушки, еще не успела толком показать свое мужество. Но то, что он нашел в себе силы замахнуться на человека, имеющего на него все права, уже стоило уважения. Атом за это его ни ругал, ни осуждал, даже не злился. Отпустив руку Хару, он скользнул своей ладонью по его правому колену, и взгляд его изменился. В нем поселилась толика сострадания в чаше грусти. Пальцы скользнули ниже по икре и замерли на щиколотке, там, где виднелась татуировка, ранее принятая Атомом за синяк. Он повернул ногу мальчишки, чтобы рассмотреть рисунок. Там, где заканчивались редкие бледные волосы, замерла в безмолвном пении крохотная пташка за прутьями клетки. Лишь один ее вид и неоспоримая символика вызвали на лице Атома грустную улыбку. Вместе с этим свободная рука вольно скользнула под волосы и коснулась пальцами шеи, нащупав шрам, уже давно спрятанный татуировкой полумесяца. Вспомнился и тот, кто его ему оставил:

- Кен не из нежных людей. Он, как и я, привык забирать свое, получать желаемое и держать при себе собственность. У нас методы, разве что, разные. Ты не должен был этого слышать. Этого вообще не должно было произойти. Но... - он вернул взгляд к лицу Хару. Выразительное лицо отразило некие муки. - Никто, кроме меня, не смеет к тебе прикасаться. Ты мой, а, значит, пусть то лучший друг или незнакомец - любой желающий тебя получит в равной степени заслуженное.

А ведь так и будет. Отдав Хару ему, Кен не учел того, что Атом, заполучив мальчишку, будет держать его подле себя. А еще и неприкосновенность на него объявит. Это, своего рода, приобретение собственности. И за любое посягательство на ее целостность полагается равносильное наказание.

С разговорами о смысле жизни пора заканчивать. Хару и в самом деле нуждался в мытье не меньше Атома. Он засобирался.

- Ты не сможешь вымыться сам. Подожди пять минут. Я вернусь за тобой.

С этим он покинул его комнату, оставив дверь нараспашку открытой, и поднялся в свою комнату, откуда вышел в просторную ванную. Эта ванная имела высокие окна с видом на Токийский городской канал. Вместительный джакузи на несколько персон размещался впритык к трем оконным рамам. Атом закупорил водосток, настроил теплую, не горячую и не холодную, контрастирующую между двумя температурами воду, затем вымыл под проточной водой в раковине руки и заколол волосы на затылке гребнем. Выжидая чего-то, то ли чуда, то ли наполнения ванны, то ли истечения времени, он смотрел на себя и пытался понять, в какой момент он вдруг дошел до того, что начал насиловать невинных мальчишек. Утешало лишь то, что на его счету был лишь один такой, да и то секс насилием не назовешь. А еще он понял, что Хару понравилось, несмотря ни на что.

За ним он вернулся, как и обещал, и первым же делом обхватил его правой рукой за спину, а левую просунул под полусогнутые ноги.

- Держись за меня, - голос Атома был на удивление мягок.

Подняв юношу на руки (а идти бы он не смог. Кен был прав, размер его друга не для нежных детских попок), Атом вынес его из комнаты, поднял на второй этаж и завел в свою серую, строгую спальню с пятиместной кроватью, рабочим столом, встроенным шкафом и туалетным столиком, перенес в ванную и медленно опустил в джакузи.

Отпустив, Атом поднялся, снимая халат, сбросил его на ступеньку и зашел в воду сам. Он сел напротив юноши, спиной к окну, согнул ноги в коленях, облокотился о бортик и задержал взгляд на Хару прежде, чем повернуть голову к вечернему городу. Тишину заполнял разве что шум набирающейся воды и гудящий бак.  
  Dice are cast  
яой - Хару Ито

Возраст: 20

20:00-21:00/ Токио, Сибуя/ Пентхауз/ Начало августа

- В следующий раз решив ударить – ударь. Слабые ни дня не проживут в мире за пределами привычной зоны комфорта.

Атом так легко говорил об этом, будто ударить человека, это что-то настолько естественное и привычное, что не должно вызывать сомнений. Но Хару был из другого мира, он не принимал насилия как метода решения своих проблем или как способ мести, проявления гнева. Возможно, в детстве он и дрался с мальчишками, хотя такого не смог бы припомнить, но сейчас поднять руку на кого бы то ни было, для него было чем-то из ряда вон выходящим. Именно поэтому слова мужчины звучали для него так непривычно жестко и цинично.

Парню нечего было на это ответить, он лишь потупил взгляд, замеревший на покрасневших коленях, которых коснулись чужие пальцы и, прослеживая их движение, остановил его на давно сделанной татуировке. Она появилась там не случайно, в момент отчаянья и понимания своей беспомощности, зависимости от отца и его требований. Как символ того, что люди не выбирают, кем родиться, с какой кровью и в какой семье, однако каждый может попытаться выбраться на свободу, вопрос только в том: сможет ли там выжить птичка, рожденная и выращенная в клетке, которую никто не учил, как быть свободной?

- Кен не из нежных людей. Он, как и я, привык забирать свое, получать желаемое и держать при себе собственность. У нас методы, разве что, разные. Ты не должен был этого слышать. Этого вообще не должно было произойти. Но... Никто, кроме меня, не смеет к тебе прикасаться. Ты мой, а, значит, пусть то лучший друг или незнакомец - любой желающий тебя получит в равной степени заслуженное.

Из одной зависимости, Хару попал в другую, но она была совсем иной.

- Ты не сможешь вымыться сам. Подожди пять минут. Я вернусь за тобой.

Мальчишку смутил тот факт, что Атом собирается сам помогать ему вымыться. Сейчас в присутствии этого человека, он испытывал крайнюю степень неловкости. Тем временем мужчина встал и вышел, оставляя своего пленника одного, даже не удосужился запереть дверь. А ведь Хару слышал, как тот поднимается на второй этаж, значит, встань он с кровати, мог бы добраться до входной двери и выйти. К сожалению, идти было некуда, и даже малейшая попытка подняться отзывалась болью не только в том месте, куда совсем недавно проникал Хириката. Оставалось лишь бездействовать и стараться не думать о произошедшем.

Смиренно дождавшись своего хозяина, мальчик стиснул зубы, пытаясь не показывать своей боли, и смущения, когда тот подхватил его на руки, как какую-то барышню.

- Держись за меня.

Рефлекторно, сомкнув руки на шее мужчины, Ито раскраснелся и старался отвернуть лицо в сторону. Чтобы не быть так близко, но сама по себе поза не позволяла отстраниться, так далеко как хотелось бы.

Оказавшись наверху, Атом аккуратно опустил парня в воду. От соприкосновения израненной кожи с водой боль усилилась. От тепла окутавшего тело, кровь начала приливать к синякам и кровоподтекам, заставляя царапины ныть и напоминать о своем присутствии. Мужчина же, скинув халат, следом за Хару погрузился в воду и сел напротив. Под его пристальным взглядом, неловкость возрастала в геометрической прогрессии, и не в силах выдерживать больше, мальчишка подтянул колени к животу и опустил на них лицо, подставляя  рыжую макушку. Тишина лишь усугубляла положение. Весь погрузившийся в свои переживания, даже не заметив, что на него больше не смотрят, Ито думал о том, имеет ли он право задавать вопросы? Был один, который уже давно мучил его, возможно сейчас время озвучить.

- Я знаю, что провел у работорговцев три дня, до того как состоялся аукцион и ваш друг… - Хару немного запнулся, - Кен Шиочи купил меня. Не спрашивайте откуда, просто знаю и все, – парень поднял глаза и взглянул на Атома. «Знает ли он ответ и стоит ли ему говорить об этом?» - У вас я пробыл чуть больше недели, однако в неволе я оказался гораздо раньше, чем девять дней назад. Где я был? Это как то связанно с делами отца верно?

Ито зачерпнул воды, сложив ладони, и плеснул себе в лицо, сбрасывая напряжение. Возможно сейчас не лучшее время для подобного разговора, но другого может и не быть.