Его имя - Алиса.

Количество участников: 2

Страна Чудес - место, знакомое, пожалуй, всем и каждому благодаря сказке Льюиса Кэрролла. Но на самом деле тут не так уж и хорошо, как могло бы кому-то показаться. К тому же... Стойте! Кто это? Неужели... новая Алиса?..

•••

Преступник-смертник, которого ведут на казнь, краем глаза замечает Белого Кролика и, увязавшись за ним, попадает в Страну Чудес. Название, к слову, совершенно не соотвествует обстановке, царящей в ней. Разврат, беззаконие, нищета... и в добавок ко всему завелся серийный убийца.

На локации: 1:20
яой - Икиру Судзуки

Возраст: 22
Взялся танцевать с дьяволом - держись до конца песни ©

1:20

Вход в игру

На диковинные, красивые цветы всегда есть большой спрос. Словно крупный шарик жемчужины в золотом обрамлении, они привлекают к себе взгляды, сотни взглядов, жадно скользящих по каждому изгибу гибких тел, оставляя после себя, словно шлейф дорогих духов, едва уловимые нотки волнительного желания и эстетического удовольствия.
Сидящий перед зеркалом был из таких — яркий, экзотический цветок, каждый клеточкой своей изнеженно-бледной кожи источающий тонкий аромат. Четко-выраженный, сочный аккорд сандалового дерева и горьких нот бергамота, обрамленных в сладкие цветочные оттенки иланг-иланг и пряность кардамона. Многие люди ошибочно недооценивают силу ароматов, способных возбудить не хуже прикосновений. Данная комбинация запахов, нанесенных на кожу, раскрывалась от ее тепла и  действовала как настоящий природный афродизиак, пробуждая фантазию, раскрепощая и повышая сексуальное влечение объекта внимания. Сегодня Икиру ждал особенного клиента, и готовил для него самое лучшее представление, которым тот мог бы вдоволь насладиться. В последний раз. Перед своей неотвратимой смертью, как было с каждым, кто становился неугодным местной мафии.
Тонкие пальцы неторопливо и методично распутывали деревянным, резным гребнем густые прядки темных волос. Они были его главной гордостью — чертовски длинные, гладкие, блестящие, словно шелковый водопад. Локон к локону, они манили, просили запустить в них ладонь, пропуская отдельные пряди сквозь пальцы, чтобы потом сжать у корней, и… Пальчики аккуратно забрали пряди в высокую прическу, закрепляя их изящной серебристой шпилькой в пятнадцать сантиметров, на конце которой красовался полумесяц, переливаясь в полумраке мелкими камушками. Блеклые, серые глаза, настолько светлые, что практически полупрозрачные, с прищуром изучали собственное отражение в зеркальной поверхности. До прихода первых гостей оставалось меньше получаса, но он знал, что успеет.
Любимой частью был выбор наряда. Правая часть шкафа отдавалась под обычную, повседневную одежду, но для клиентов у был отдельный гардероб. Радуга разноцветных тканей и качественного шелка ввергала в легкий транс. Здесь были как и более простые кимоно, так и отороченные дорогой вышивкой — для особых случаев, и особых посетителей, таких, как сегодня. Его клиенты приходили в заведение за экзотикой, а что может быть более экзотичным, нежели метис — сын холодного, сдержанного японца, и изящной, до кончиков пальцев, страстной француженки, — облаченный в традиционное (разве что не столь строгое) кимоно, нашептывающий тебе на ухо о любви на чистом французском? Именно поэтому он и пользовался не малой популярностью. У него был свой стиль, своя, запоминающаяся изюминка.
В этот раз Икиру выбрал темный, словно безлунная ночь, наряд с роскошными, гарцующими на спине японскими журавлями, филигранно вышитыми золотыми нитями. Оставался один, завершающий штрих — пушистая кисточка едва припудрила бледное, фарфоровое лицо, после добавляя к щекам легкий, живой румянец.
— Mon cher, глядя на меня, ты даже не успеешь заметить собственной смерти. — С тонких губ сорвался тихий смешок, пока глаза придирчиво оценивали проделанную работу, чтобы в конечном счете утвердить ее одобрительным кивком.  
Его рабочий вечер только-только начинался. Пока остальные работники заканчивали наводить марафет перед зеркалом, а клиенты только-только придумывали, про какие важные встречи соврать женам, Кир спустился пропустить стаканчик-другой. Выпить он любил, а бармен Алекс любил его, поэтому всегда наливал что-то получше, вместо разбавленного водой пойла.
Через какое-то время где-то сзади тихо зазвенел колокольчик, оповещая о первом, за сегодняшнюю ночь, клиенте. Словно по мановению волшебной палочки, вокруг него в своих ярких нарядах тут же запестрели девицы, кокетничая, заигрывая и смеясь. Колокольчик на двери звенел вновь и вновь, и жизнь в борделе постепенно закипела.
Вдоволь насладившись бурбоном, Икиру последовал за остальными в заполненный зал. Это был его любимый момент — чувствовать жадные взгляды на своей коже, такие, что прямо до мурашек, и неторопливо всматриваться в лица, скрытые за приглушенным светом ламп. Юноша был по карману далеко не каждому из здесь присутствующих. У него был свой список постоянных гостей, который, впрочем, не редко сокращался стараниями мафии. Остальные же могли лишь смотреть, довольствуясь синицами в руках, но не этим журавлем в небе. Его особого гостя, впрочем, пока видно не было.
Одним из таких постоянных клиентов, посетивших бордель в этот вечер, был член местной мафии, не самая большая шишка, но и не шестерка. Имени его Икиру не знал, знал лишь что этот человек организовывает поставку опиума в доки. Во время каких-то облав, часть партии юноша прятал у себя и в качестве платы брал иногда деньги, а иногда и опиум. Публичный дом никто никогда не обыскивал, хотя бы потому, что большая часть полицейского штата частенько отдыхала в этих стенах. Мужчина тут же поманил метиса пальцем к себе. Жест вышел немного нервным, что сразу давало понять — он, первым делом, пришел сюда не развлекаться. Покачивая бедрами, Икиру не спеша подошел к нему, прижимаясь всем телом, кончиками пальцев пробежался по груди, обнял за шею, с лукавой улыбкой шепча что-то в меру игривое и, возможно, пошлое на ухо. Так это выглядело со стороны. На самом же деле диалог между ними происходил примерно следующий:
— В этот раз в два раза больше, одна сука нас подвела, решила, что не хочет больше этим заниматься. Что же, ее право. Тебе придется забрать к себе ее часть. Надеюсь, ты нас так не разочаруешь. Не хочется, чтобы такая прелесть тоже принимала земляные ванны. — Одна рука собственнически прижала к себе юношу, гуляя ладонью по изгибам его тела. Вторая же легко, но с намеком коснулась тонкой шеи, сжимая ее.
—Ты такой грубый, но мне это нравится. — Голос вышел с хрипотцой, однако, судя по легкой улыбке и смешку, Икиру ни сколько не боялся человека, что держал его за горло. — За двойной риск, двойная плата — это единственное мое правило, милый. А так, я всегда к твоим услугам.
— Я надеюсь, ты не забыл про свое основное задание? — Пальцы ослабили хватку, а вскоре пропали и вовсе, оставляя после себя на бледной коже краснеющие отпечатки, которые, впрочем, испарялись буквально на глазах.
— Главное, чтобы вы не забыли, в какую сторону выходят окна моей комнаты, и услышали, когда я позову. Я этого борова сам тащить не собираюсь. — Красивое личико скривилось в недовольной гримасе, а в голосе проскользнули нотки плохо скрываемого раздражения и сарказма. Внешне оставаясь спокойным и беспечным, внутри у метиса каждый раз словно все переворачивалось. И, почему-то именно в этот вечер на душе было особенно неспокойно.
— Пошути мне еще тут, сученыш. — Рыкнул мужчина, до боли сжимая ягодицы изгибающегося в его руках юноши. Икиру сдавленно выдохнул, невольно вздрагивая. Однозначно, останутся синяки. Говорить им было больше не о чем. Подхватив своего мучителя под руку, метис повел его наверх, к комнатам. Однако до кроватей они не дошли, свернули раньше, выходя к черному ходу, недалеко от которого уже маячили две темные фигуры. И лишь когда опиум был надежно спрятан под половицами в личной комнате юноши, он вернулся обратно в общий зал, взглядом прожигая во входной двери дыру. Минуты ожидания были невыносимы, растягиваясь в часы, но вот очередной звон колокольчика оповестил о новом госте. И на пороге, мучаясь легкой одышкой от быстрой ходьбы, озираясь, стояла его жертва.
Вы не можете написать пост. Подробнее