Sexy nights

Количество участников: 2

Секс, секс, секс... Сколько можно опробовать, живя друг с другом лишь потому, что так выгодно и финансово, и психологически? Ущемленные в обществе - раскрепощенные наедине друг с другом. И никаких чувств. Никаких чувств?..

На локации: Утро/Начало июня/Париж, Франция
Персонажи на локации:
яой - Эл Джей

Возраст: 26

Раннее утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

О трудных моментах в их жизни, волне негатива и ощутимого в атмосфере напряжения между ним и Адрианом за приготовлением позднего завтрака - почти что обеда, Эл Джей уже не думал. Бабушка всегда говорила - какие мысли вкладываешь в готовку, такой еда и получится. А он желал, чтобы все было прекрасно.

Обычно, Эл Джей готовил быстрые завтраки, какие подают в его родной Америке. Но нередко случалось и так, что он готовил японские традиционные блюда, не в дань уважения принявшей его стране, а в знак того, что Адриан, выросший здесь и привыкший к местной кухне, ему не безразличен. Пусть это было сложно и занимало много времени, с опытом Эл Джей полюбил варить с утра рис, лепить из него шарики и всякий раз вкладывать новую начинку. В иной раз ему не составляло труда отварить мисо и сообразить оякодон. Поскольку свою вину перед Адрианом Эл ощутимо испытывал, пусть и слабую, он решил извиниться, приготовив сукияки.

Помогала сосредоточиться ему современная поп-музыка Японии с музыкального канала, включенного в телевизоре. В то время, как домохозяйки слушают новости, Эл Джей слушает новых айдолов, отдавая предпочтение им, а не бесполезным, как ему казалось, СМИ. Время от времени за делом он гадал, чем занят его друг через стену. В перерывах между ожиданием и готовкой Эл несколько раз порывался зайти к нему, но не мог позволить себе сделать этого. Огромная дверь его комнаты была плотно задвинута - и щели не было. Адриан не хочет видеться сейчас.

Пока ароматная лапша бурлила в чане, Эл вытер руки полотенцем и, ведомый беспокойным желанием, зашел в свою комнату. Взгляд оценил учиненный бардак: порванная рубашка вперемешку с разбросанными бумагами и штанами, разлитый на ковер сок из стакана, испачканная спермой постель - огромный неровный ком. Пахло потом и вазелином. Чтобы поскорее избавиться от вони, Эл раздвинул окна. Повеял прохладный майский ветерок. Свежесть моментально ударила  в голову и прогнала из нее неприятные наваждения. Неясно улыбнувшись, Эл, как опьяненный, подошел к комоду и на мгновение замер у него. Йокнуло сердце, зная, чего ожидать. Руки робко отодвинули верхний ящик с полотенцами и платками. Среди стопок платков Эл нашарил обитую темно-синим бархатом шкатулку. Медленно, затаив дыхание и слушая биение собственного сердца он открыл ее.

Взору предстало недешевое на вид золотое кольцо с красивой линией алмазной пыли. Эл взял его пальцами и задумчиво посмотрел на внутреннюю гравировку с признанием в любви на английском языке - родном для них обоих. Размер его, но кольцо предназначено Адриану. Вот уже месяц Эл никак не может решиться на тот шаг, о котором думал долгое время. Уже пылились в папке с личными документами бессрочные билеты во Францию. Деньги на планируемый отпуск, казалось, скоро потеряют свою номинальную значимость и канут в Лету. Год подготовки, планирования, даже без стойкой уверенности в том, что его предложение будет принято, и вот еще один месяц колебаний.

Смотря на кольцо, Эл понял, что ему придется еще немного подождать своего часа. Сукияки зашипела. Спешно сунув кольцо на место и не плотно задвинув ящик, Эл как ошпаренный вылетел из комнаты и бросился спасать завтрак от пожара. Предотвратив катастрофу, Эл облегченно вздохнул, выключил газ и принялся за бутерброды с тофу. За делом он и не заметил, как к нему подошел Адриан. Лишь отложив нож он смог краем глаза заметить его.

Рыжее бесноватое чудовище, бесценное для него, стояло прямо рядом с ним. Так близко, что сердце снова схватили чьи-то пальцы. От волнения Эл потерял дар речи и еще плотнее сжал челюсти. А когда молчаливый Адри подкрался сзади и снял с него домашний халат, так и вовсе врос в землю. По травмированной спине, там, где извивался дракон, пробежал холодок. Мгновение спустя в воздухе аромат завтрака разбавил легкий и приятный запах мази. Той, что не раз спасала их тела. Эл не заметил, как улыбнулся. Адри бережно, как с младенцем, нанес ее на его царапины, а уже через несколько секунд Эл ощутил влажное прикосновение шершавых губ к его шее. Мужчина содрогнулся, а по телу пробежал холодок.

"Печать..."

Ничего не говоря, друг вернулся к себе, не задвинув до конца дверь. Эл остался стоять подавленным, думая, что они оба уже достаточно друг друга измучили. Не сегодня, не вчера, а за всю совместную жизнь. Со школьной скамьи до сегодняшних дней. Они больше ни с кем не были, никогда. Ни с девушками, ни с другими парнями. Разве они смогут друг без друга в дальнейшем? Не все в их жизни гладко... Все покрыто шрамами и ссадинами. Все болит. Но чем дольше забывается боль, тем легче думается о завтра. Как все было раньше? Привязались друг к другу. В их жизни было столько простоты, что самому себе Эл с высоты своего нынешнего возраста казался беззаботным романтиком. И жили они просто, как на семейном фото. У них был секс. Регулярный, разнообразный. Из робкого тигренка он перерос в яростного взрослого альфу. Не было ни дня, чтобы Эл не желал Адриана. Не важно, как, где, с чем, куда, как долго - просто желал. Их "любовь" была тайной, а ночи - сексуальными. Их поцелуи были значимыми, а разговоры бессмысленными. Неужто они любили друг друга уже тогда? Или только тогда?..

Наваждение закрыло Элу глаза. Мягкий поцелуй в шею еще ощущался прохладой на коже. Сердце неуверенно забилось, будто спрашивало, мол, хозяин, и что теперь? А что теперь?..

Пока на шее теплился его поцелуй, Эл, не мешкая, зашел в комнату Адриана - буквально следом за ним, чуть ли не набросился с объятиями и прижал к себе так крепко, как только смог. Дорогой человек в его руках, такой же сильный, достаточно, чтобы вырваться, запах его волос, биение сердца - они сплотились и дружно успокоили его. Но Элу все еще хотелось ругаться. Так сильно, как только он сам мог:

- Ты невоспитанный, самовольный идиот. Ты нарушил два условия. И черт бы с этими царапинами... Себе же вредишь. Не делай так больше. Никогда. Я себя не прощу, если что-то случится, - говоря, Эл то сжимал, то разжимал пальцы на его шее со спины, смакуя волосы.
яой - Адриан Скотт

Возраст: 24

Раннее утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

Как же хорошо было стоять вот так. Адриан почти кожей чувствовал тепло от тела Эла. Кинутый же через его плечо взгляд и запах готовящегося блюда заставили улыбнутся. Сукияки. Одно из его любимых блюд. Парень уже привык к американским завтракам утром, а тут такое. Было очень приятно. Европейская музыка ласкала слух и заставляла в мыслях подпевать исполнителям. Они оба все ещё были больше европейцами. На губах всплыла улыбка от воспоминаний того, как в школе Эл облегченно улыбнулся, стоило заговорить с ним на английском. Тогда он ещё улыбался. Сейчас Адриан в основном видел тень той улыбки, но даже она вызывала тёплые ноты внутри.

Парень заметил, как напрягся друг, стоило подойти. Его хотелось расслабить, но, помня данное утром обещание, он не переходил черту. Правда, в душе ему безмерно хотелось прижаться ближе, осторожно обнять, покрыть поцелуями каждую царапину, чтобы забрать боль, и провести пальцами по чешуйкам дракона. Нельзя. Нельзя. Оттого Адриан лишь осторожно намазал следы, нанесённые собственными ногтями, и отошел. И все же секунду он любовался своей музой, снова и снова находя ее совершенной. Но иначе и быть не могло. Джей мог быть только таким. Многогранным и совершенным.

Стоило зайти в комнату, и как она стала казаться пустой. Эла не хватало. Парень не требовал ласки и страсти постоянно.  Ему просто порой было достаточно присутствия друга рядом. И сейчас был один из таких моментов. Наверное вся их дружба как раз и началась с этого странного понимания того, что им хорошо рядом с друг другом. Теперь же Адриан не мог понять как жизнь может быть без этого. Ему нужен был Эл. Любой Эл. Злой, добрый, спокойный. Любой. Когда же был сделан первый шаг? Стоило начать ходить вместе из школы? Или после первой распитой тайком на крыше совместно банки пива? Парень не знал. Лишь чувствовал, что началось все с той встречи в коридоре, когда он, замарашка с крестом на шее и с чётками с библией в портфеле, столкнулся плечом с новеньким, что был старше и казался недосягаемым с такой необычной прической, взглядом, речью. Эл, а точнее тогда ещё Элрой, был таким популярным. Адриан боялся того, что он будет, как остальные, подкалывать его и выкрадывать рисунки. Только вот вместо этого его голос тогда у дерева во дворе сказал с акцентом "У тебя красивые рисунки". Эта фраза помогла определиться с профессией и решить его судьбу. С тех пор он никогда не расставался с двумя вещами - Элом и рисованием. Только вот второе не может существовать без первого. Почти что в принципе. Каждая их шаг имел своё отражение на бумаге. Такой бумаги хранилось много. Были целые альбомы, сложённые стопками под кроватью. Может быть пришло время снова их полистать.

Адриан не смог этого сделать, с трудом успев повернутся лицом к двери. В его комнату влетел тайфун и притянул к себе. Потерявшись на мгновение, парень после расплылся в счастливейшей и глупейшей улыбке. Эл давно уже не заходил к нему сюда. Почти целую неделю. Это было долго. Поэтому сейчас он был особенно сильно рад этим объятиям. Сердце стало колотиться в груди, выдавая волнение и радость. Руки обняли друга в ответ за пояс, а нос упёрся в шею. Он сделал вдох полной грудью, чувствуя запах чистый кожи и волос, а также примесь собственного запаха. Запаха их страсти. Это было так правильно. Этого даже не испортили слова друга.

- Да,невоспитанный идиот. Да, самовольный идиот. Но только твой идиот. Только, - проговорит Адриан тихо, млея от новой ласки. - Обожаю когда ты так делаешь.

Немного усмехнувшись, парень потерся носом о плечо, на коем проходил виток татуировки, а руками стал мягко водить по талии и пояснице. Да, Эл запретил делать это чаще раза в две недели. Только вот и сам вчера сорвался, стоило начать. Как же приятно осознавать, что тебя настолько сильно хотят. И неважно как. Да, его собственная задница до сих пор немного побаливала, но и Элу досталось. По телу прошлась дрожь, стоило вспомнить стоны, что то и дело срывались с уст этого ледышки. Их открытость к чему-то новому помогала превратить их сексуальную жизнь просто в дичайший коктейль, где редко хоть что-то повторялось.

Немного отстранившись, Адриан посмотрел другу в глаза. На губах была счастливая улыбка. Он был рад, что сожитель зашёл к нему. Особенно после того, что было утром. Это было важно. Бесконечно важно сейчас. Именно такие жесты помогали избавится от мысли о том, что они нужны друг-другу лишь для удовлетворения сексуальных желаний. Не прав был знакомый из студии, сказавший это. Он убедил тогда в этом его, врезав со всего маху по носу, а сейчас убеждал себя. Между ними был не только секс. И даже не просто дружба. Что-то ещё. Огромное и невозможное для описания простыми словами. Это жило уже давно с ними. Просто сейчас, запираемое всеми силами где-то внутри, оно вырвалось наружу. Только в этот раз спрятать это не удасться, ведь поток такой силы пробьёт сильнейшие платины. Да и не хотелось его останавливать. Адриан слишком долго сдерживал это внутри. Теперь же он хотел плыть по течению своих чувств и эмоцией.

- Сейчас завтрак убежит. Иди. Я схожу в душ, - чуть усмехнулся Адриан и поцеловал Эла в уголок губ, не вырываясь из объятий, а лишь расслабляя руки.
яой - Эл Джей

Возраст: 26

Утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

Все, что нужно было Эл Джею сейчас - ответная реакция Адриана. Не будь ее, он бы решил, что тот на него за что-то злится. Поводом для таких мыслей послужило некое напряжение, зависшее между ними утром. Адриан редко запирался у себя - только когда злился. За что на этот раз - вопрос, что по воле Эла останется без ответа. Оно и к лучшему, незачем ворошить старое осиное гнездо в надежде, что в нем не осталось ос.

- Да, невоспитанный идиот. Да, самовольный идиот. Но только твой идиот. Только, - услышал он его голос, ощущая своей грудью вибрации в его. На сердце неожиданно стало теплее. - Обожаю когда ты так делаешь.

Эл улыбнулся в копну его волос и сильнее сжал пальцы у их корней, припал губами к местечку рядом и еще плотнее прижал его к себе - так он говорил, что ему не все равно. Сейчас он чувствовал умиротворение, не хотелось есть, боль забывалась сама собой. Его панацея и отрава - Адриан. Удивительно совместив эти две вещи в нем одном, Эл навсегда определил для себя его ценность. Ни один человек в его жизни не был способен так злить и в то же время приятно радовать его. И речь не только о сексе. О совместных вечерах и трапезах, о запахе краски из его комнаты, заниматься сексом в которой порой было просто невыносимо, о разбросанных вещах и постоянно открытом окне. О разбитых в порывах злости друг на друга тарелках и технике, о сломанных конечностях и носах. Обо всем пережитом вместе за долгие годы. Променять это на что-то другое, где не будет родного запаха, тепла и голоса, он уже не сможет.

"Я должен это сделать, - он вспомнил кольцо. - Нельзя ждать слишком долго".

Наверное, он сделает это на следующей неделе, нужно лишь место да время выбрать. Узнать, как долго Адриан будет в галерее и на встречах, внести коррективы в свой график... Он прав. Нельзя ждать слишком долго. Счастье - оно как кот. Гуляет само по себе и уходит, когда его игнорируют, если оно проявляет свой интерес. Адриан такой же. Только повод дай уйти...

Эл собирался отпустить его, как Адриан перенял инициативу на себя:

- Сейчас завтрак убежит. Иди. Я схожу в душ, - его объятия ослабли.

Верно.

Эл Джей хмыкнул в волосы и отстранился от него, не убрав рук. Он заглянул в его зеленые глаза, здесь кажущиеся темными, невероятными.

- Конечно. Грязного и вонючего я тебя к еде не подпущу. Понадобится - буду метлой отгонять. Но не сейчас.

Не спеша отпускать Адриана от себя, Эл подхватил его на руки под ягодицами и понес к заваленной одеждой кровати, смотря ему в лицо снизу вверх. Контур любимых губ расплывался в улыбке, мелькали зубы. Через мгновение Адриан оказался прижат Джеем спиной к кровати поперек нее. Свесив волосы, Эл смотрел на него, опираясь правым локтем на кровать, а левой рукой мягко сжимал его правую ладонь. Ему хотелось смотреть на него как на сочный кусок мяса и наслаждаться одним лишь видом, насыщаясь без вкушения. Так смотрят друг на друга влюбленные, но Эл пока не осознавал своих чувств. Он вообще с ними не ладил и никогда о них не задумывался. Настолько все равно было до того, что они ему шептали на сердце.

Красивые зеленые глаза, миндалевидные, с недлинными ресницами. Перманентный макияж век. Выбритый узор над левым проколотым ухом. По-женски мягкие черты лица и улыбка, что не оставит равнодушным никого. В ней не было никакой особой искры, соблазнительности или тайны. Был шарм, которым Адриан притягивал Эл Джея. Других он пугал, но для Эла он был красивее большей части встреченных им мужчин. Настолько привык к нему, что воспринимать другую красоту уже был попросту не в силах...

Пальцы правой руки перебирали его слипшиеся за ночь волосы, левые ласкали его пальцы и ладонь. Разгоралось желание продолжать лежать так весь день и всю ночь. Но мысли о необходимости в подготовке к завтрашнему дню отбили его и постепенно оно исчезло. Тогда Эл не задумываясь накрыл своими губами его. Мягкие и шероховатые. Легкий поцелуй. Еще один. И чуть ниже под губой. Кончиком языка - по нижней губе, оставляя влажный след от слюны. Щекотно и приятно. Губы обхватили и втянули нижнюю губу. Эл с энтузиазмом гурмана пососал их, старательно смачивая слюной шероховатости. Вкусно.

Теперь он увлекся. Кончик носа уперся в левую скулу, левая рука прижалась к голове и впустила пальцы в волосы, сжала их на макушке. Тело охватило приятное тепло. Само собой вспомнился последний раз, когда они целовались. Просто лежали и целовались, без интима и похоти наслаждаясь друг другом. Это было два года назад... Между ними давно был только холод, только похоть, только страсть, не оставляющая права на нежность. Вот, чего Элу хотелось сегодня утром - губ Адриана. Его языка, его слюны. Не на члене и теле, а в своем собственном рту. Не пошло и не грубо.

Он целовал его так, как когда-то давно, не давая шанса правильно дышать. Эл ласкал его губы, язык и зубы своим языком, кусался, и таял от ответа. Он дышал быстро и жадно, хватаясь за любую возможность дышать, но постоянно вдыхая запах Адриана. Он то сжимал, то разжимал пальцы в его волосах. Тело дрожало от предвкушения чего-то приятного. Становилось неудобно, он ерзал, но не разрывал поцелуй. Эл откинул голову Адри и углубил поцелуй настолько, что задержал свое и его дыхание. Ему было мало. Мало страсти, нежности и любви. Мало Адриана и его губ. Мало спонтанно вырывающихся из груди тяжелых вздохов и томных стонов. Раз за разом целуя его, мало было понимать, что это реально. Хотелось еще больше, еще дольше, еще непристойней и еще жарче. По-звериному эротично и по-человечески нежно.

Тело Адри извивалось под ним не то от нехватки кислорода, не то от удовольствия, не то от всего разом, и это делало Эла еще счастливее. Как можно столько лет игнорировать элементарные позывы души, обращая внимание лишь на требования тела? Дураки.
яой - Адриан Скотт

Возраст: 24

Утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

Несмотря на то, что глаза были прикрыты, Адриан словно сердцем  почуял улыбку Эла. Странно. Он уже давно не ощущал подобного. Словно что-то мешало. Эйфория от этого внезапно лишь усилилась. Парень, чувствуя как усилились объятия, сжал сильнее друга в ответ. Но все ещё помня об осторожности, боясь поцарапать спину. Нет. Все же нужно быть с этим и впрямь осторожней. Хотя это и невозможно, ведь жили он хочет стать осторожней с Элом, то он должен бросить Эла. Присутствие друга рядом всегда срывало крышу. Особенно если учитывать тот факт, что именно он был тем человеком, что вырвал первый гвоздь в этой крыше. Да. И это было потрясающе. Все в их общении начиная от первых слов до сегодняшнего момента пахло безумием и свободой. Но и о здравом смысле не стоило забывать.

- Конечно. Грязного и вонючего я тебя к еде не подпущу. Понадобится - буду метлой отгонять. Но не сейчас.

Посмотрев с немым вопросом на Эла, Адриан поднял вверх одну бровь. Сердце стало биться быстрее, но причин парень понять не мог. Вплоть до того момента, когда его подхватили под  ягодицы. Руки осторожно обвили шею, ноги чуть сжались вокруг бёдер, а глаза смотрели в глаза напротив. Сейчас Скотту было все равно куда его понесут. Куда угодно. Лишь бы его дольше держали... так. Как же давно в последний раз было подобное. Немного выдохнув и приоткрыв рот, когда его положили поперёк собственной кровати, он продолжил тонуть в глазах. Тёмные волосы свесились вниз, словно занавесь отделяя их от прочего мира. Но эта была деталь. Важнее был взгляд и рука, что так неожиданно нежно держала собственную. Адриан счастливо улыбался, и запустил свободную руку в волосы друга, гладя их.

Сам же он словно тонул в этом золотом море, не контролирую свои эмоции, показывая весь спектр чувств. Там было все - от нежности до ненависти, но без столь широкого спектра их отношения не были бы столь... прекрасными. Их палитра имела почти все цвета даже сейчас, когда подобные нежности внезапно ушли на второй план. Но вот сейчас красный цвет страсти отходил, уступая место чему-то большему. Тому, на что по мнению многих этот "человек лёд" был не способен. Только вот Эл был способен не только на это. Он был способен на все. Но забыл об этом, закапав себя в работе. Благо что теперь начал оживать, открывая себя со столь любимой Скоттом стороны.

Адриан лежал, чуть приоткрыв губы и просто ждал и надеялся. Почти молился, впервые за долгое время. Но это помогло. Потому как после нескольких томительно долгих секунд губы друга накрыл собственные. Вначале легко и невесомо, но этого было мало. Мало им обоим. Немного щекотно прикосновения языка к нижней губе заставило коротко посмеяться, а после уже парень закрыл глаза и резко выдохнул, когда была взята в плен его нижняя губа.

После уже началось приятное и столь нужное Скотту безумие. Вырвав вторую руку из захвата, он обнял друга за шею и, прижав ближе к себе, отвечал со всей имеющейся у него... нежностью. Да. Именно ей. Страсть полыхала внутри, разнося тепло по телу, но не она руководила балом. То что происходило меж ними сейчас было похоже на пламя свечи. Нельзя дать ветру задуть его, но и сделать так, чтоб разбушевавшееся пламя съело всю свечу сразу тоже было неправильно. Адриан растягивал это удовольствие и был рад понять, что и Джей делает то же самое.

Вначале лишь млея от ласки, Скотт после стал отвечать и улыбался в эти поцелуи, чувствуя сковавший тело друга трепет. Он и сам трепетал, даже дрожал всем телом. А ещё задыхался. Поцелуи, такие долгие и полные, сбивали дыхание. Восторг же, поселившийся внутри, сдавливал грудную клетку. Но было все равно. Адриан пил поцелуи, не сдерживая удовлетворённых стонов. Да, он снова делал Элу немного больно, обхватывая руками шею, но на это было все равно.

Эти поцелуи, столь наполненные, были превосходны. Они говорили больше чем слова. Кажется сейчас каждый из них высказывал все свои страхи, опасения, признания. Одно из них было особенно важным, ведь каждый гнал от себя такие мысли в сторону. Но оно было важным. Очень, очень важным. Просто Адриану было страшно сказать это. Именно что сказать, ведь он столько уже раз писал это слово в своих альбомах, что так и лежало тайно под кроватью.

Голова послушно откинулась назад и теперь Адри мог с трудом делать вдохи, но не вырывался. Лишь сильнее прижимался к сильному телу, что вкусно пахло гелем для душа. Ненадолго отвергавшись, чтобы сделать более глубокий вдох, парень почувствовал сквозь любимый запах гарь. И уже в следующее мгновении забыл об этом, вовлекая друга в новый поцелуй после короткой заминки. Чувствуя ёрзанье Эла и понимая сколь ему неудобно, Скотт, словно в его руках был поводок, стал плавно менять своё местоположение, утягивая ща собой и Джея. Это было томительно долго, но того стоило. Теперь, лёжа на его кровати как и положено, они получили большую свободу. И ей Адриан и воспользовался.

Толкнув плавно Эла в плечо, парень повалил его, а сам занял позицию сверху толком и не разорвав поцелуя. Для них даже в целом ничего не поменялось. Вообще не поменялось. Им уже давно было все равно кто сверху. Да и тут это было особенно не важно. Они просто целовались, отдавая себя в каждом прикосновении. Изогнув спину, Адриан уперся одним коленом в пах Джея, но ничего больше. Сейчас это было не нужно. Нужны были лишь эти губы, запах, дыхание и стоны.

Адриан не знал, сколько ещё длилась это столь нужная сейчас ласка признание. Он не обращал внимание на то, сколько раз они уже поменялись местами и сколько его вещей, захламлявших кровать, полетели на пол. Просто когда они сделали передышку чуть большую, чем до этого, парень почувствовал уже неприятный запах горело. Вдохнув его ещё несколько раз, он поморщился, вновь потянулся к губам друга, обнимая его ща шею и притягивая ближе, но после испуганно на него посмотрел.

- А мы детекторы дыма, мммм, починили? - спросил он немного хрипло и выжидающе посмотрел на Эла. - Или они до сих пор даже на сигареты пищат?
яой - Эл Джей

Возраст: 26

Утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

То, как он оказался прижат спиной к кровати, Эл Джей и не заметил. Сам этот момент потерял за множеством других. Их наполняла нежность, воспоминания о которой возвращались к телу с каждым поцелуем. Губы Адри, губы Адри, губы Адри - била кровь по вискам. Дрогнувший низ живота от прикосновения к нему и непроизвольно вырвавшийся из уст в уста стон. Все запахи просто исчезли, мысли погасли. Эл растворился в блаженстве. Он положил руки на спину Адриана и смял пальцами футболку, подбирая ее и оголяя спину. Отвечать на поцелуи стало слишком тяжело. Напор Адри перекрыл дыхание и любую возможность ответить. Почувствовав, что над ним пытаются доминировать, Эл недовольно перевернулся и вновь прижал его к кровати.

Теперь он мог продолжить сводящие с ума ласки. Левая рука скользнула под футболкой по накачанному торсу к груди, пальцы мягко скользнули по твердому соску. Кончиком языка Эл обвел губы Адри по контуру и уперся в его пах своим. От пробежавшей по телу волны блаженства он с удовольствием выдохнул и с закрытыми глазами широко улыбнулся. И все по-новой...

Когда казалось, что кровь возьмет свое, напряжение в паху уже нельзя будет подавлять, Адриан оборвал его. Он лежал под ним и смотрел на него, тяжело дыша. Эл копался пальцами в его волосах и покрывал поцелуями лоб и шею. Раз за разом, не оставляя ни единого обездоленного участка. Когда Эл впился в ямочку под ухом, старательно доводя Адриана до блаженства языком, комнату заполнил запах гари. Впервые ощутив его, Эл обеспокоенно поднял голову.

- А мы детекторы дыма, мммм, починили? - донесся до слуха обеспокоенный голос друга. - Или они до сих пор даже на сигареты пищат?

Эл растерянно попытался вспомнить, но пожал плечами. На миг он испугался, что горит их завтрак, но тут же с облегчением вспомнил, что не закончил только салат, а уже в другой момент напрягся. Если это не завтрак, то что?..

Он хмуро посмотрел на Адриана.

- Это не у нас.

Осознав это, мужчина сорвался с места и потянул Адриана за собой на выход. Комнату заполонил дым. Оглянувшись по сторонам, Эл убедился, что ничто не горит, и, попросив Адриана стоять на месте, подошел к выходу. Из коридора доносились крики и топот студентов по соседству. Смекнув, что пожар организовали они, Эл быстро открыл и отодвинул входную дверь. В комнату ворвались клубы дыма из квартиры напротив. В коридоре стояли и голосили ее арендаторы, а парни из соседних комнат таскали ведрами воду и заливали мелькающее в проходе пламя. Оценив ситуацию, Эл снял со стены порошковый огнетушитель и, окликнув ребят, перекинул его первому попавшемуся мальчишке. Не дожидаясь, пока они потушат пламя, Эл закрыл дверь, чтобы пожар оставался локализованным, достал из шкафа запасной огнетушитель и обернулся к Адриану. Такой ситуации у них еще не было.

Эл собирался разведать обстановку, как услышал приближение сирен. Пожарные и, судя по звукам, "скорая", уже были здесь. Опасаться больше нечего и Джей облегченно перевел дух. Он подошел и обнял Адриана. Да так крепко, что и сам испугался.

Он был напуган. Пожар по соседству - страшная вещь. Ему стало страшно, что в другой ситуации они могут и не среагировать. И страшно за то, что стихия может унести жизнь Адриана. Не столько за себя, сколько за него Эл Джей боялся больше всего. Вот он - повод не медлить с предложением. Если Адриана не станет, то что останется ему, привыкшему жить с ним и для него?

Минуту, две, или же больше он стоял, не выпуская любовника. Кровь вновь стучала в висках, затыкая слух. Эл не знал, что происходило вокруг них, за пределами их лофта. Важнее было чувствовать объятия дорогого человека. Лишь успокоившись он смог ослабить хватку и посмотреть в его глаза. Зеленые, отвечающие спокойствием и ждущие его слов глаза.

- Это всего лишь студенты, но мне страшно так, будто все это произошло здесь. Не знаю, что со мной будет, если ты погибнешь, - с грустью заговорил Эл. - Я ведь по-другому жить и не умею. Только тобою.

А ведь он редко говорил о своих чувствах.
яой - Адриан Скотт

Возраст: 24

Утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

Адриан скучал по ней. Скучал по этой нежности, что была порой лучше всякой страсти. Кажется он уже стал забывать о том, что даже нежность может срывать одежду и стоны с губ не хуже чем пылкие ласки. Хотя даже то, что происходило сейчас просто между ними было иной нежностью. Она говорила и несла в себе нечто большее, чем просто прикосновения. Причём смысл этих слов был отчасти непонятен. Хотя нет, как раз понятен, но,  боясь спугнуть это чувство, он не признавал даже самому себе в том, что они появились.

Эл, стоило ему почувствовать, как над ним доминируют, привычно перехватил контроль. И парень с радостью отдал его, сорвая перед этим кофту друга, а после расслабляясь и постанывая в поцелуи. Эти руки и губы. Они сводили сума, распыляя желание. Не сдержав почти призывного стона, когда пальцы коснулись соска, Адриан задрожал, чувствуя как друг тереться о его пах. Почти дразнит. Но и парень не отставал, оглаживая руками бёдра, ягодицы, ловя язык, что очерчивал контур губ, собственным. Эта игра могла быть вечной. И Адри был бы рад, если это стало правдой. Ее готов был продолжить даже на это возбуждение, что требовало совершенно иного выхода.

Оторвавшись, чтобы восстановить дыхание, парень напрочь забыл о том, что ему этого не позволят. С губ срывались стоны, ведь ласки не прекратились. Наоборот, лишь усилились. Поцелуи стали покрывать каждый свободный участок лица и шеи. Точкой же стали ласки языка у уха. Это было коронным приемом у Джея. Немного ласок там, и уже после его можно было уговорить на что угодно. Правда, в этот раз гарь не дала позволить другу продолжить. Жизнь была важнее.

Посматривая сейчас на задумавшегося брюнета, Адриан все же не выдержал и чуть приподнялся, целуя ладонь. Более ничего не делая, он лишь ждал. А когда прозвучал ответ, вскочил вслед за Элом, идя за ним, как бычок на привязи. Выглянув на друга, он сделал глубокий вдох, а после прикрыл рот и нос рукой, чувствуя отвратительный вкус гари. Кивнув, парень лишь вначале смог постоять на месте, а после все же рванул к двери, не выходя из квартиры. Увиденное же было прекрасным. Почти полуодетый Джей в окружении языков пламени и дыма был похож на Бога. Древнего Бога войны, что подчёркивали все ещё горящие глаза. Новый образ впечатался в память, а после вернулась реальность. Она вернулась со звуком огнетушителя и воя сирены. Эл никакой не бог, а простой человек. И тот дым с пламенем могли легко убить и уничтожить его. Раз и навсегда.

Взгляд скользнул по лицу друга, а после Адриан и сам сделал шаг вперёд, крепко обнимая. Пока не нужно было слов. За них все говорили тела, что жались к друг другу, желая убедиться, что все в порядке. Руки осторожно прошлись по спине, останавливаясь на плечах, а губы коснулись шеи. Чувствуя все те эмоции, что клокотали внутри Джея, парень смог взять себя в руки быстрее. Теперь он уже успокаивающе гладил друга, словно показывая, что ничего страшного не произошло, что они живы. Это там, за стеной идёт беготня и слышны крики. Тут же нет ничего страшного. Только они и их собственный рай в этом огромном городе. А оттого спокойно улыбнулся и нежно провёл по волосам друга, когда тот отстранился и посмотрел на него с нескрываемым беспокойством.

- Ч, - Адриан прижал палец к губам Джея и улыбнулся шире. - Все хорошо, Элли. Все хорошо.

Посмотрев на друга ещё некоторое время, он прижался к нему, успокаивая и немного отвёл взгляд, краснея. Те слова признания, что сорвались со столь любимых и сладких губ. Где-то даже появилась эгоистичная мысль попросить соседей устраивать пожар чаще. Но тогда столь дорогие сердцу слова могут приестся и потеряют свою значимость и ценность. Отстранившись, Адриан провёл пальцами по подбородку Джея, а после поцеловал его.

- Я тоже живу только так.

Прошептав это в губы, парень неохотно отстранится и шутливо хмыкнул.

- Кажется пространство сегодня отчаянно не хочет, что я шёл в душ и тем более ел, - сказал Адри и посмеялся. - От тебя немного дымом пахнет. И это так странно. Там такой переполох, почти ад. А мы смотрим на это как в каком-то кино. И ты красиво смотришься в этом всем. Пламя, дым, полураздетый ты. Словно какой-то бог. У меня теперь столько идей.

С губ снова сорвался смешок, а после парень вновь обнял друга крепче и уткнулся носом в волосы, привычно вдыхая обожаемый запах, чуть подпорченный гарью.
яой - Эл Джей

Возраст: 26

Утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

Его успокаивали ласки Адриана, так и кричащие о том, что Адриан здесь и с ним ничего не произойдет, если Джей отпустит его. Они убеждали его, что все хорошо, но и подчеркивали обеспокоенность Адриана. То, как они вдвоем друг за друга боялись, лишь подтверждало простую истину: порознь они не проживут ни дня. Это необходимость для каждого из них. Они друг другу и музы, и вдохновение, и страсть, и ревность, и боль. И крепкие узы. Страхи, желания, тайны, друг с другом связываемые. Обнимая Адриана сейчас, чувствуя бешеный ритм своего сердца, Эл понимал простую истину: он любит его.

Но признаться в этом себе, да еще и ему самому, он еще не скоро сможет. Пока им владеет наваждение, он будет думать об этих чувствах, а чуть позже, едва все уляжется, вновь вернется к себе обычному. Его не смущали ни суета за дверью, ни ликвидирующийся пожар.  Но он чувствовал, как его лицо залила краска почему-то. Он был смущен, но чем? Элу захотелось взглянуть на то, как краснеют смуглые люди, но не мог позволить себе отпустить Адриана. Пока что не мог.

Когда они заглянули друг другу в глаза, Эл наконец-то успокоился. Адриан в порядке. Он тоже. Все остальное уже не важно. А когда Адриан назвал его "Элли", Эл так и почувствовал себя девочкой из Канзаса, унесенной ураганом в странную страну. Потому палец, коснувшийся его губ, он просто поцеловал, чтобы самому себе доказать, что он все еще здесь. Теперь с ним точно все в порядке.

Успокаивающий взгляд Адриана. Шевеление его губ. Смущение. Признание. Поцелуй. Ворчание на день. Эл слушал спокойно, не шевелясь до тех пор, пока не услышал про запах гари. Невольно принюхавшись, он с отвращением почувствовал впитавшуюся в штаны и в волосы вонь. А ведь он только принял душ. Адриан сравнил его с богом, смутив еще сильнее. Джей знал, что его лицо фигурирует на всех картинах любовника, но подобное амплуа его не радовало. Обожествление всегда несет за собой последствия. И Эл не знал, куда деться от этого смущения. Зарыться лицом в рыжие волосы было недостаточно. Это не то.

Но решение пришло само собой. Не сказав ему ни слова, Эл разорвал объятия, взял Адриана за руку и потащил с собой в ванную, закрыл дверь в надежде, что их не побеспокоят пожарные и полиция, открыл воду в душевой кабине и снял с себя штаны, а затем выжидающе посмотрел на Адриана.

- Я, конечно, не бог, но спину мочалкой тру божественно, - проворчал смущенный Джей и отвернулся к зеркалу.

Он увидел свое смущение. Оно так и горело румянцем на смуглых щеках. Господи, как же нелепо это выглядит! Лицо, редко выражающее эмоции, да горит огнем, зажженным Адрианом и его словами! Элу захотелось стереть его и он затер руками лицо, но багрянец лишь усилился. В попытке сбежать от него, Эл снял трусы и заскочил под прохладную воду, повернувшись спиной к Адриану. Что его так смутило? Чего он стесняется? Они столько лет открыты друг перед другом, их тела изучены друг другом до мельчайшей детали! А, быть может, обнаженные чувства как девицы ныли, смущаясь своей наготы перед другим человеком?

В Эл Джее все кричало о том, что ему нужен Адриан. Нужен для их тайной любви, для сексуальных ночей, для мирных дней. Ему было все равно, что порой они друг на друге волосы рвали, срывали голоса до хрипа, били посуду и крушили интерьер. Это их счастье. Еще вспыльчивое и возмущенно ищущее себе место, но их. Счастье. А мысль о том, что один несчастный случай может его лишить, лишь делала больнее.

- Я... Люблю тебя, - невольно, тихо, будто желая раствориться в шуме воды, из его уст вырвалось признание. Элу стало стыдно за это. Они ведь дали обещание друг другу. Поклялись, что не станут приплетать в их отношения чувства. Но имеет ли смысл и силу клятва, когда все уже случилось само собой?

Он закрыл глаза, так и не повернувшись к Адриану. Все, чего он хотел сейчас - чтобы тот обнял его, прижался к его спине своей грудью, стал для него альфой, которому хочется подчиняться. Хотел чувствовать в себе его член, на шее - его поцелуи и укусы. Здесь, в просторной кабине, под прохладной водой.

яой - Адриан Скотт

Возраст: 24

Утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

Впервые за долгое время Эл так прижимался к нему. Его испуг был ощутим, нет, осязаем. Хотя и сам Адриан переживал не на шутку. Незаметно он оглаживал руки, теперь уже голую спину и проверял нет ли там ожогов. Не видя всей картины целиком, Скотт опасался того, что мог что-то упустить. Но ничего не было. Его Муза была лишь чуть чуть украшена царапинами и засосами собственного авторства, что были словно подпись. Все было отлично. Только вот Джей вёл себя странно.

Смотря на друга сейчас, Адриан немного улыбался и отчасти не узнавал его. Вернее узнавал в нем... себя. Непостоянного, эмоционального, вспыльчивого. К его в себе сейчас. Как же давно не происходило подобного. Это Скотт обычно играет взрослого инфантильного ребёнка, а Эл больше похож на строгого и требовательного... старшего брата. Развратного старшего брата. Только в этот раз все сложилось иначе и впервые за долгое время парень увидел румянец на щеках друга. Последний раз это было уже так давно, что он уже подумывал о том, что ему показалось. Но нет. Вот они - чуть красные пятна, что отдавались теплом внутри.

Эмоционально потрясённый, Джей был похож на себя в школе и первых курсах универа, когда перебирал с бутылкой. Особенно сильно к такому выводу подтолкнуло то, что мужчина не огрызнулся на прозвище "Элли" и поцеловал приложенный к губам палец, отчего сердце, пропустив удар, стало биться громче. Каким же милым сейчас казался Эл. Словно настоящий кот, он фыркнул, обратив лишь сейчас внимание на этот запах гари. Это вызывало улыбку и заставляло крутиться в мыслях одно слово - люблю. Слово, что Адриан так боялся произнести вслух, опасаясь что этим испугает. Поэтому он молчал и гладят волосы друга, что прятал своё лицо в его патлах.

Когда его потянули, Скотт послушно пошёл следом и невольно ускорился, понимая, что тянут его в ванную. Он даже замер с определённым предвкушением, ведь пока не понимал, к чему это идёт, а вид смущенного друга занял все мысли. Стоило тому снять штаны, как взгляд стал прикован к бёдрам, а собственные руки на автомате скинул футболку, швырнув ее рядом. А этот выжидающий взгляд зажигал все внутри.

- Я знаю это, Эл. А ещё я не знаю, а уверен в том, что ты божественно делаешь многие другие вещи.

Эти слова может заставили Джея перестать с толикой удивления рассматривать своё смущенное лицо. Адриан пока не задавался вопросом что именно смутило друга. Он лишь любовался им и чувствовал, что нужен. Скотт не успел остановить глупые попытки друга избавиться от румянца растирая его. Тот и сам бросил это дело и, избавившись от последней детали своей одежды, встал под холодные струи воды, соблазняя своим телом.

Любоваться своим сокровищем и счастьем, Адриан перестал, когда услышал 3 простых слова. 3 слова, что были слишком важны для него. 3 слова, что он гнал от себя и не давал произнести... сорвались с губ самого близкого человека в мире. Его словно переключило. Скотт почти сорвал с себя нижнее белье, чтобы через мгновение оказаться в кабинке. А дальше. Дальше было новое безумие.

Прохладные струи уже никак не могли остудить жар их тел, что начал разгораться уже с поцелуев. Прижавшись к спине Эла, Адриан обнял его правой рукой за талию, а другой же ухватил за подбородок, заставляя повернуться немного к себе. Полюбовавшись лицом, он улыбнулся и стал целовать губы, чуть покусывая их. Давая им обоим возможность то и дело делать хороший вдох, он начинал повышать градус поцелуев, все чаще ласкал языком небо, ловил словно в танце язык друга. Правая же рука стала медленно очерчивать фигуры и рисунки, что стали спускать к паху. Пальцы уже были совсем рядом с членом Джея, но замерли на лобке, касаясь едва ощутимо, а после, погладив основание и лишь немного коснувшись яичек, мягко погладили бедро и провели линию от поясницы в ложбинке между подкаченными ягодицами. Стоило пальцам коснуться колечка мышц, как указательный, лишь чуть покружив у входа, почти сразу нырнул внутри, начав ласкать стенки, что ещё помнили вчерашние. Только вот в этот раз удовольствие хотелось растянуть.

Оторвавшись от губ Джея, Адрина стал покрывать теперь уже поцелуями шею, место за ушком, позвонки. Отступив немного назад, левой рукой он спустился к соскам и начал по очереди ласкать и массировать их, чувствуя как они затвердели.

- Эл, Эл. Люблю. Люблю. Люблю. Люблю.

Эти слова сыпались меж поцелуев и не шептались. Впервые получив возможность сказать их, Скотт готов был заставить друга сейчас почти тонуть в этих признаниях. На шее был оставлен лёгкий укус, а в желанное колечко мышц попал уже второй палец, что начал растягивать. Вход. Только вот входить почти на сухую в Джея парень не хотел и не мог после таких слов. Хотелось каждым действием показать свою радость и все ту нежность, что была внутри.

Оторвавшись от шеи, где было оставлено немало новых укусов и засосов, Адриан начал опускаться поцелуями по позвонкам ниже и ниже. Чтобы после, встав на колени позади друга, положить теперь уже обе руки на  аппетитные бёдра и заставить прогнуться в пояснице. Любуясь некоторое время этим роскошным видом, Скотт пару раз сжал, а после развёл в сторону ягодицы и облизнувшись, прижался к колечку мышц, вначале просто целуя, а после уже начиная ласкать языком. Сколько они уже не занимались подобным именно так? Наверное поэтому он и пытался сделать все лучше, чем когда-либо.
яой - Эл Джей

Возраст: 26

Утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

Жарко... Очень жарко. Пусть вода была прохладной, а балконная дверь открытой, было нечем дышать. Эл позволил загнать себя в угол. Дал право пользоваться собой. Его сжимали и ласкали сильные руки. Он позволял целовать себя в неком припадке. Он хотел этого. Он желал. Ему нравилось быть смущенным подростком, и нравилось, что Адриан сейчас был взрослым.

"Люблю. Люблю. Люблю твои руки. Люблю твои губы. Люблю твои волосы. Люблю твои глаза. Люблю твой член. Люблю всего тебя. Люблю твои картины..."

- А.. А-ах!

Хаотичные мысли оборвались приятной болью. Болью, что сводила с ума и вскоре отключила голову. Осталось лишь тело. Мышцы ануса напряглись и схватили палец Адриана в протесте, но таз Эла тут же поддался назад навстречу ему, давая своё согласие. Ноги подкосились. Джей уперся руками в мокрый кафель и согнулся. Пусть Адриан сделает это сейчас. Со всей страстью. Со всей искренностью. Терпеть уже не было сил.

Пусть все катится к черту: Эйджи-сан со своими вечеринками, студенты со своим пожаром. Все! Эл злился на Адриана утром, а теперь не мог держать себя в руках. Он хотел быть наказанным. Ему нужно было наказание за его поведение, его чувства и мысли.

Но почему-то он получал поощрение. Ласки и поцелуи стали ниже и закончились дразнящими движениями языка по анусу. Больно. Приятно. Джею стало не по себе от подобного. Он закрыл глаза. Локтем левой руки он уперся в скользкую стену, а кистью закрыл рот, чтобы не закричать: через балкон их услышат лишние уши. Но сдерживать стоны уже не было сил. Они вырвались из груди в такт движениям таза под ласками языка. Мышцы расслабились, отдав всё своё напряжение члену. Терпеть стало просто невыносимо. Эл схватился за него правой рукой, чуть было не потеряв равновесие при этом, и сжал. По руке ударила пульсация крови в венах.

- Адри... - с трудом выдавил Джей.

Он повернул голову и попытался через плечо посмотреть на него, вложив во взгляд мольбу. Да, это правда: его лицо никогда не выражало эмоций. Только взгляд. Им он общался с миром. Им говорил Адриану действовать.

Если Адриан хотел растянуть момент ласки, то он перестарался. Джей сгорал и боялся перегореть из-за ненужной сейчас прелюдии. Он был сыт по горло их нежностью. Лишь выплеснув эмоции он сможет к ней вернуться. Уложить Адриана на лопатки и насиловать его оргазмами от одной лишь нежности. Все, что любовнику сейчас нужно было сделать: трахать его, пока есть силы. Не важно, сколько раз и как сильно. Он будет кричать, забыв обо всех, и это станет лучшим способом высказаться.

- Не дразни... - нетерпеливо подогнал Джей. - Я... Ха... Уже весь твой...

яой - Адриан Скотт

Возраст: 24

Утро, начало мая/ Синдзюку, Токио

С каким же порывом ему отвечали. Тело под его руками горело, трепетало. Оно кричало о том, чего хочет. Какое бесстыдство. Как же оно льстило. Эл, казавшийся сейчас ребёнком был таким пылким, почти плавился. А Адриану не хватало сил, чтобы сказать все то, что вершиться внутри.

Признав самому себе, что любит этого ледышку всем своим пылким сердцем, он нашёл десятки, сотни, тысячи поводов для этой любви. Голос, наклон головы, разлет бровей, запах, мышцы, форма ушей, привычки, готовка... Он мог описывать все что угодно, ставя вновь на Мерлину пьедестала обожаемые глаза. Глаза, что именно в этот день смотрели на него словно из прошлого. Те самые, что сейчас потухли из-за работы. Это заставляло бурлить кровь и было не хуже тряпки для быка.

Первый громкий стон стал музыкой для ушей. Вслушавшись в него он лишь усилил ласку пальцем, обхаживая темно обхватывающие его стенки. Да, в возгласе была лёгкая интонация боли, но она редко останавливала их эксперименты. Вот и сейчас, чуть дрожа, Эл подался назад и задрожал всем телом. Только вот внутри Скотта была желание не только разласкать это тело, но и услышать... мольбы.

Конечно после такого утра он мог обойтись с ним и жёстче. Только вот Адриан никогда не был злопамятным, а это признание, признание, которое он ждал уже почти 7 лет, не давало возможности сделать подобное. Но и это можно было считать своеобразной лёгкой пыткой. Сладкой и приятной пыткой.

То и дело поглядывая на друга, парень волком смотрел на то, как изгибается эта мощная спина, а дракон словно извивается на лопатке.  Воображение дорисовывало выражение лица, то, как Джей прикрывает рот ладонью, чтоб хоть немного заглушить свои стоны. Картинки были столь яркими, что возбуждение уже успело скрутить не один узел, но продолжало нарастать. А как иначе с этим парнем? С его... парнем.

Оторвавшись от ласок языком, Скотт как раз успел поймать тот взгляд, с которым протянули его имя. Какая мольба. А ведь так просить умел лишь Джей. Без слов. Лишь взглядом. Причём это касалось не только постели. Даже в жизни его взгляда хватало, чтоб заставить всех умолкнуть или сделать именно то, что он просит. Вот и сейчас Скотт не мог противиться этим глазам, дрожащему под его ласками телу, словам.

- Бесстыдник, - с трудом проговорил Адриан и выпрямился, прижимаясь пахам к ягодицам. - Не смей себя трогать. Я жду.

Проследив за действиями Эла, парень взял в руку свою член и, прикусив губу, стал вначале лишь водить им по ложбинке, дразня. Но это длилось не долго. Направив член, Адри крепко обнял своего любовника и вошёл в него одним плавным движением. Выждав несколько томительно долгих секунд, он весьма скоро перешёл к быстрым движениям. С собственных губ стоны, руки вцеплялись в бёдра и помогали почти что вколачивается в желанное тело.

- Эээл, - протянул блаженно Ад и, не выдержав, чуть шлёпнул друга по подставленным ягодицам.

Адриан сбивчиво дышал, но все же находил возможность оставить на теле новые следы. А после даже укусил того ближе к плечу. Но на этом злость иссякла. Дальше была лишь только страсть, что выражалась в стонах, коротких возгласах и пошлых шлепках, что были отчетливо слышны даже сквозь воду.
Вы не можете написать пост. Подробнее